point +7(495) 639-94-92

СЕМАНТИКА НЕБЕСНОГО ИЕРУСАЛИМА В ГРАДОСТРОИТЕЛЬНОЙ КОНЦЕПЦИИ СОВРЕМЕННОЙ МОСКВЫ

СЕМАНТИКА НЕБЕСНОГО ИЕРУСАЛИМА В ГРАДОСТРОИТЕЛЬНОЙ КОНЦЕПЦИИ СОВРЕМЕННОЙ МОСКВЫ

 

©М.Н. Городова 

кандидат искусствоведения

 e-mail: kvadr-7@mail.ru

 

Аннотация: Топография современной Москвы продолжает воспроизводить традиционную средневековую градостроительную структуру в смысле ее соответствия архетипам идеального Небесного Иерусалима. Интегрированный в данном теоретическом изложении метод идеальных аналогий дает возможность интерпретировать рациональные знания о городе в точки зрения универсальных обобщений культурной традиции.

Ключевые слова: Небесный город, семиотика города, идеологемы Москвы, парадигмы архитектуры, теория пропорций, интеграция тамплиерской философии

Почему мы ищем новые смыслы в старых мифах и преданиях? На наш взгляд, в этом состоит смысл связи времен и поколений. Аллегории и иносказания многозначны и вневременны. Зачастую, всматриваясь в намеки священных преданий, мы угадываем такие глубинные знания, которые современная наука еще только лишь гадательно познает, приближаясь с тем тайнам, о которых повествовали священные тексты.

Пространство города мы можем рассматривать на подобие развития и роста живого макроорганизма, в котором пространственно-временные измерения допустимо фиксировать, используя изотопные свойства пространства и времени, при котором единство метрических и топологических свойств сохраняется, если принимается во внимание четвертое топологическое свойство жизни пространства – это время. Таким образом, мы можем расширить описание и осмысление сложных многозначных систем, каким является город, приравнивая параметры пространства, времени, вибрационные колебания звука и угловые величины фигур. И это станет наглядным методом работы архаичной мировоззренческой модели, называемой «законом аналогии». Пусть опорой в этом станет интуитивное прозрение М. Элиаде о том, что «священное пространство, воспроизводит мифическое время» [8, c. 253], давая нам повод понимать эту аналогию как «пространственно-временное подобие».

Данная теоретическая модель создает дополненную теоретико-мифологическую конструкцию, которая отчасти близка известной в науке теории четырехмерной псевдоевклидовой сигнатуре пространства-времени Минковского, который усматривал определенную векторную связь между пространственными расстояниями и промежутками времени.

Осознание сакральной роли Москвы позволяет нам обосновать «силы города» наличием священных модулей [2, c. 24], окружающих центр Москвы по каноничным схемам, транслирующим в буквальном смысле «небесные» модели построения пространства. По мнению М. Элиаде, градообразующей сакральная идея городских территорий представляет мощную защитную инфраструктуры города, основы которой коренятся в религиозном сознании и метафизических законах мироустроения. «Что бы из себя ни представляли эти священные пространства, у них есть одна общая черта — четкие границы, внутри которых можно соприкоснуться (хотя и во множестве различных форм) со священным» [3, c. 253]. Вполне возможно, что мифологические знания, используемые в организации священного пространства основаны на высшей астрономической науке.

Москва – это одновременно Град Небесный, Иерусалим Новый. Эти символы удивительным образом существуют рядом. Почему Москве суждено соединить их в себе? Возможно, это участь всех священных столиц, когда- либо существовавших, соединять в себе все самые высокие надежды и стремления созидающего человечества. Историческая святыня Иерусалима и архетип Небесного Города [2, c. 46], лежащего в основе городского пространства дает основания считать эти структурно-планировочные предпосылки главным критерием, определяющим статус сакральности и каноничности города.

Итак, мы погружаемся в область мифического, когда применяем такой синтетический метод осмысления пространства города, в котором пространственно-временная константа привязана к реальным моделям временного континуума, исчисляемого принятыми в астрономии мерами, в данном случае это сарос. Из определения известно, что «Са́рос (греч. σάρος) или дракони́ческий пери́од — интервал времени, состоящий из 223 синодических месяцев (в среднем приблизительно 6585,3211 суток или 18,03 тропического года), по прошествии которого затмения Луны и Солнца приблизительно повторяются в прежнем порядке)». Если рассмотреть значения слова «сарос», то можно выявить ряд родственных значений. А именно, «сарос» это знак времени, «цикл», окружность.

 «Метр и локоть – это меры земные и человеческие, метр – мера, привязанная к земле, ее природным параметрам. Но Земля представляет в космическом аспекте небесное тело, поэтому прообраз проекций земных мер пребывает на небе. Именно поэтому небесные пропорции приемлемы для земных измерений [5, c. 126]. Мы предлагаем вернуться в двойную систему мер, в соответствии с которой применяли гражданскую систему для строительных нужд и священную – для теоретических (жреческих) расчетов. Тогда локоть, к тому же «царский», традиционно считается мерой священной. А что представляет собой гражданская, а именно – астрономическая мера? Астрономической мерой будем считать привычный метр, который, как известно соотносится с экватором, а значит и со всей небесной, планетарной и звездной системой. Можно пользоваться любыми мерами, главное – выявить аналогию между метром и астрономическим «небесным локтем», между метром (сорокамиллионная часть экватора) и «небесным локтем» (три временных Сароса) существует метафизическая связь.

Меру времени – сарос мы будем рассматривать как аналог мерам длины. Ритмы развития пространства во времени, например, пространство города, можно исчислять в пространственно-временном эквиваленте, выраженном через отношение единицы времени к расстоянию, а именно в нашем случае, сароса к метру. Происхождение древних мер – буквально, небесное. Их применяли и для явных измерений, и для тайных исчислений, коими выражалось мистическое единение всего небесного и земного. Таким образом, нашему взору предстает физическая модель, дополняющая пространство равномерным временным измерением и создающая теоретико-символическую конструкцию, способную в полноте отразить метафизические понятия священного языка. В теоретической физике концепция пространства-времени объединяет пространство и время в одну абстрактную Вселенную. И очень близко подходит к определению нашего термина «пространственно-временное подобие».

Итак, рассмотрим на примере планировки Москвы, как вскрывается модульная структура города с применением избранной нами меры – «сароса», равного 223 метрам протяженности пространства. Центром отсчета станет Троицкий собор что «на Рву», который рассматривается нами как главным символом не только Красной площади, но и всей Москвы, являясь геометрическим центром всего градостроительного ансамбля [6, c. 112].

Первый радиус R(1), R(1) = 1 сарос или 223 метра.

Объекты 1 радиуса: Мавзолей Ленина, старый Английский двор

Второй радиус R(2), R(2) = 1 и 1/2 сароса или 335 метров.

Объекты 2 радиуса: Успенская звонница Московского Кремля, ц.Богоявления Господня в Ветошном пер., Знаменский собор Знаменского монастыря, Царь Пушка, ц. Двенадцати апостолов Московского Кремля, транспортный узел Большого Устьинского моста и Москворецкой набережной

Третий радиус R(3), R(3) = 2 сароса или 446 метров.

Объекты 3 радиуса: ц. Георгия Победоносца, станция метро Площадь революции, Могила Неизвестного солдата

Четвертый радиус R(4), R(4) = 3 сароса или 669 метров.

Объекты  4 радиуса : памятник Героям Плевны, ц. Иоанна Богослова, Манеж, Кремлевский Дворец, станция метро Китай город, Политехнический музей, станция метро Охотный ряд, памятник Александру I, ц. Георгия Победоносца, памятник Карлу Марксу, станция метро Площадь революции, Оружейная палата

Пятый радиус R(5), R(5)=12 саросов или 2676 метров.

Объекты 5 радиуса: 12 станций метро – Кольцевая линия

12-частная структура Небесного города, реализованная в городе историческом, может рассматриваться как универсальная матрица, представляющая реализацию идеи неделимости Времени, Пространства и Вечности. Соответственно все пространство Москвы разделено на 12 секторов. Живая окружность кольцевой линии московского метрополитена, радиусом в 12 саросов. Этот радиус Москвы – Скородом, от которого начинают расходиться 12 дорог по всем 12 направлениям пространства. Двенадцать радиусов Москвы имеют свое развитие в Московской области. Священная история повествует, что библейский Небесный Иерусалим имеет 12 ворот. Двенадцать ворот библейского города соответствуют числу 12 Апостолов и 12 зодиакальным знакам, через которые ежегодно Солнце совершает обход вокруг Земли. На основе 12 знаков Зодиака в Древнем Риме был введен 12-месячный календарь.

Казалось бы, современников необходимо убеждать в возможности прямого и легкого перехода от географической конкретности к абстрактным идеализированным схемам, но это совсем не так. Глядя на карту Метрополитена никому не придет в голову усомниться в адекватности передаваемой информации на карте метрополитена. Перед нами идеализированная схема Москвы начала XXI века, схема Небесного Иерусалима о 12 вратах, которой ежедневно пользуются москвичи.

Бульварное кольцо Москвы по аналогии с Небесным Иерусалимом имеет 12 ворот. Через каждые из этих ворот проходит радиус, соединяющий Кремль с Белым Городом. Этот радиус продолжается дальше и проходит через ворота Садового кольца. Наиболее важным и самым динамичным кольцом Москвы является Садовое кольцо, которое замкнуто на всем протяжении и разделяет город на «центр» и «периферию». Садовое кольцо Москвы, так же, как и Бульварное, имеет 12 ворот. Параллельно Садовому кольцу под землей проходит Кольцевая линия метрополитена, в которой также — 12 станций. Таким образом, через 12 ворот Бульварного и Садового кольца и 12 станций Кольцевой линии проходят 12 основных радиусов Москвы, отходящих непосредственно от Кремля и следующих прямо до МКАДа.

Мера 12 саросов сведенная в один модуль, может быть представлена как гипотетический «небесный локоть». Эта мера пространственно-временного континуума, которым размерен Небесный Иерусалим и подобно ему - «идеальная» Москва. Здесь необходимы дополнительные пояснения. Временные саросы переведены нами в метры, затем модуль 12 саросов переведен в «небесный локоть». Именно в «небесных локтях» теперь мы выражаем базисные размеры «идеальной» Москвы. Мы приняли это замещение в силу того, что меры многозначны. Когда в Европе пытались унифицировать меры, в России был принят английский фут = 12 дюймов. Нами приведен способ, которым пользуется универсальная мифология для выражения обобщающих модульных решений, в ряду которых наш пример вполне совпадает с общепринятым. Подобно этому традиционному приему мы переводим 12-кратный размер «линейного сароса» в меру «небесный локоть» равный 12 саросам или 2676 метров, подобно тому как за основу древнейших мер взят не земной, а небесный[3], космический Человек. В разных религиях ему давались различные имена. Наиболее известные – Брама, Пуруша, Адам Кадмон и др. Такие пропорции должны выражать вселенский масштаб.

Шестой радиус R(6), R(6)=24 сароса – 5352 метров.

Радиус Третьего Транспортного Кольца дает нам пространственно-временную постоянную, равную 24 саросам или 2 «небесных локтя». Сакральное число 24 указывает на то, что эта константа неслучайна. Древние разделяли зодиак на 12 знаков; они разделили день на 12 часов и ночь на 12 часов. Перед нами основа таким образом естественная исходная составляющая сакрализации числа 24, которая поддерживается ритуальной практикой всех без исключения религиозных традиций.

Седьмой радиус R(7), R(7)=72 сароса 16056 метров.

Усредненный радиус МКАД соответствует 72 саросам. Окружность МКАД имеет неправильную, живую форму, которая, казалось-бы, не может рассматриваться как модель, но мы примем допуски, которые через условное приравнивание неправильной окружности к квадрату могут найти взаимное соответствие в формуле квадратуры живого круга, сторона которого будет равна 72х2=144 сароса или 12 «небесных локтя». Появление сакральной числовой константы всегда говорит о том, что система аналогий работает верно. Перед нами раскрывается мистерия «идеального» образа города Москвы, который подобно «Звездному году» стал своего рода «мировыми часами», которые исчисляют «время веков». Символическая картина чисел «мировых часов» позволяет заглянуть внутрь Великого Года. Разные вариации этих величин встречаются и в библейских сказаниях. Назовем лишь 12 колен Израилевых, и 72 толмача, что создали неподалеку от Александрии египетской перевод Септуагинты. Однако модульный анализ городских структур подсказал нам еще один ракурс для понимания смыслов привычных форм. Мы получили священную числовую константу в структуре современного города, это число 144, и это число уводит нас к Преданию и Священному Писанию.

Если мы продолжим далее упрощать нашу схему, то вспомним, что нами была найдена мера, модуль города, которую мы назвали для себя «небесный локоть», равный 12 саросам расстояния по городу. Этот модуль у нас появляется в диаметре Садового кольца и Кольцевой линии Московского метрополитена. Применив этот модуль в анализе Московской кольцевой автодороги, мы получим число 12 «небесных локтей» по 12 саросов каждый, о котором говориться в Откровении от Иоанна в описании размеров Небесного Иерусалима. И опят священное число Небесного Иерусалима - число 144. Метод идеальных аналогий, использованных при данном исследовании, допускает согласиться в тем, что городская структура современной Москвы развивается согласно матрице, в основе которой лежит астрономическая, небесная, сакральная мера «небесный локоть», заповеданная Священным Писанием.

Москва в предложенном прочтении раскрывает перед нами не реальную, а умозрительную картину, точнее – саму идею, которая по внешнему виду может разительно отличаться от своего древнего прототипа. Однако новая интерпретация Небесного Иерусалима через устойчивые пространственно-временные коды воспроизводит универсальную мифологему, суть которой состоит в том, что священное пространство воспроизводит само священное время. «Идеальный» образ Москвы благодаря феномену трансляции сакрального мифа традиционной культуры представляется «пространственно-временным подобием» культурологической универсалии Небесного Иерусалима.

 

Литература:

  1. Буданов В. Г. Методология синергетики в постнеклассической науке и в образовании/ В.Г. Буданов / Синергетика в гумманитарных науках. Российская академия наук // Книжный дом «Либроком». М., 2007, 2015.
  2. Городова М. Н. «Меры» и «правила» архитектуры древнерусского храма // ACADEMIA / М.Н.Городова // Архитектура и строительство. М., 2011. №1. (Электронный ресурс). http://elibrary.ru/item.asp?id=17282104
  3. Городова М. Н. «Какова мера ангела…» (О некоторых особенностях числовой символики в архитектуре древнерусских храмов) / М.Н.Городова // Традиции и современность. М., 2007. №7. (Электронный ресурс). http://unis.shpl.ru/Pages/BooksCard.aspx?bookId=673661&dbType=S
  4. Городова М. Н. Канонические константы древнерусской архитектуры/ М.Н.Городова // Цивилизация знаний: проблемы и смыслы образования. РосНОУ, - М., 2014. (Электронный ресурс). http://unis.shpl.ru/Pages/BooksCard.aspx?bookId=673661&dbType=S
  5. Городова М. Н. Ларионов В. Е. Священное наследие / М.Н.Городова // Алгоритм. М., 2010.
  6. Кудрявцев М.П. «Москва – третий Рим». – М., 2008.
  7. Кузнецов С.И. «Нелокальная Вселенная» / С.И. Кузнецов // Web-Институт исследований природы времени. URL: http://www.chronos.msu.ru (Дата обращения: 25.11.2020).
  8. Элиаде М. Очерки сравнительного религиоведения – М., 1999.

Margarita Nikolaevna Gorodova

Candidate of Art History, Deputy Director for Research

Art Deco Museum,

Luzhnetskaya emb., 2/4, building 4, 119270, Moscow, Russia,

e-mail: kvadr-7@mail.ru

Abstract:

The topography of modern Moscow continues to reproduce the traditional medieval urban planning structure in the sense of its correspondence to the archetypes of the ideal Heavenly Jerusalem. The method of ideal analogies integrated in this theoretical presentation makes it possible to interpret rational knowledge about the city in terms of universal generalizations of cultural tradition.

Keywords: Heavenly City, semiotics of the city, ideologems of Moscow, paradigms of architecture, theory of proportions, integration of Templar philosophy